Храм святой Параскевы Пятницы – уникальная и малоизвестная святыня Царицына – Сталинграда – Волгограда

Об истории волгоградской церкви в честь святой великомученицы Параскевы Пятницы сохранилось очень мало сведений из-за бурного времени XX в. Ее стены видели времена Первой мировой войны, бои за Царицын в гражданскую и Сталинградскую битву, гонения на веру уже в послевоенные годы. Этот недостаток информации очень странен, так как по другим святыням и их священно и церковнослужителях все же удалось найти массу данных. Кроме «белых пятен» имеются и некоторые неточности в судьбе храма. Так, краевед Роман Шкода рассказывал в интервью одному из представителей СМИ, что он был освящен 14 октября 1910 г. Конечно же, это ошибка, так как в «Справочной книге Саратовской епархии за 1912 год» он не указывается.

Святыню в 1914 г. заложил в память о своей умершей жене Прасковье Ивановне один из самых богатых царицынских купцов и промышленников Василий Фёдорович Лапшин.  В 1915 г. строительство завершилось, правда, без росписей и иконостаса. Возведением церкви набожный меценат как бы просил  Бога  простить грех своего застрелившегося единственного сына  Александра. Как считают искусствоведы, храм являет собой характерный образец местной архитектуры конца XIX — начала XX вв. с включением элементов русского зодчества XVII в. Рядом с церковью ранее находилось кладбище, сейчас застроенное многоэтажками.

Советские топонимисты ошибочно заявляли, что «После Октябрьской революции село Отрада стало называться Старой Отрадой в отличие от поселка Новая Отрада при железнодорожной станции Бекетовка, ныне Кировского района». На самом деле эти названия использовались еще до Октябрьской революции 1917 г. В мае 1915 г. епархиальное издание так описало пребывание в здешних местах епископа Саратовского и Царицынского Палладия: «Из Сарепты Владыка отправился в Новую Отраду. Владыка посетил церковь-школу, где был отслужен молебен св. Николаю, в слове к народу Владыка говорил о подражании св. Николаю в добродетелях. ІІосле молебна Владыка долго благословлял молящихся». Примечательно, что в этой статье не говорилось ни слова о детях, хотя проповеди архипастыря в других посещенных им школах приводились подробно. Также не указывается и название церкви (это не Никольская, так как в Никольском храме на станции Сарепта владыка побывал отдельно, а молебен святителю служили, поскольку он является покровителем учеников). Судя по всему, храм не был еще доделан и дети здесь пока не учились. Стоит отметить, что потерявший двоих сыновей от чахотки и одного в результате самоубийства,

В.Ф. Лапшин, как писала газета «Волго-Донской край» от 15 января 1915 г. «дошел до такого бедственного положения, что принужден отказать в выдаче пособия семьям призванных ратников со своего лесопильного завода, и Управе приходится кормить их. Носятся слухи, что скоро и самого Василия Федоровича придется кормить городу». Возможно, городские или земские власти взялись за достройку церкви-школы, чтобы одновременно решить проблему с обучением разраставшегося при станции Бекетовка поселка. Хотя в 1913 г. земская школа в Новой Отраде уже имелась, «Волго-Донской край» от 27 августа 1914 г. сообщил, что «прерванные на время мобилизации постройки земских школ в с. Отраде, Новой Отраде … возобновились и идут нормальным порядком. К будущему учебному сезону школы они будут готовы».

Тип здания церкви-школы довольно редок для России – обычно в епархиях насчитывалось всего несколько таких строений. За городом близ Царицына в епархиальном справочнике за 1912 г. упоминалась еще церковь-школа при ст. Гумрак Юго-Восточной железной дороги. Обязанности священника с 1912 г. там исполнял о. Евгений Никольский.

Взглянем на схему церкви-школы в с. Ахмат Новоузенского уезда Самарской губернии:

Маргарита Бирюкова. Церковь-школа в с. Ахмат Новоузенского уезда // https://proza.ru/2012/04/14/362

Она несколько напоминает Параскевинский храм:

Храм свмч. Параскевы Пятницы в наши дни с сайта yandex.ru/maps

Сложно сказать, имелась ли у церкви колокольня или ее не успели достроить в тяжелые годы Первой мировой из-за пошатнувшегося финансового положения В.Ф. Лапшина. Известно только, что после прихода безбожной власти с храма снесли купол.

9 декабря 1915 г. на священническую вакансию церкви села Отрады, Царицынского уезда был перемещен священник Никанор Карамзин. Он состоял в штате Свято-Никитской церкви с откомандированием в поселок Новая Отрада.

В октябре 1916 г. «Саратовские епархиальные ведомости» сообщили, что «Ассигновано вновь с 1916 года причтам церквей … село Отрада при ст. «Бекетовка» — 3 шт. (вероятно, «штата» — С.И.) священнику 110 р. псаломщику 40 р.». Имеется в виду, вероятно, что Никитскому храму, к которому  были приписаны Параскевинская церковь и некий молитвенный дом при поселке Новая Отрада, был добавлен третий штат.

Располагалась она у лесопильного завода (бывшего ранее во владении В.Ф. Лапшина, а в  советское время — завода № 2 Главлесоэкспорта).

После принятия 20 января 1918 г. новым правительством «Декрета об отделении церкви от государства и школы от церкви» началось активное наступление на права верующих. В Царицыне сразу закрыли домовой храм во имя св. благ. вел. кн. Александра Невского в Александровской мужской гимназии (открыт в 1889 г.), и, вероятно, Параскевинскую школу-церковь.

Наши земляки не остались безгласны. Пытаясь защитить свои права, царицане неоднократно апеллировали к проходившему тогда в Москве Священному Собору Православной Российской Церкви. 7 (20) апреля 1918 г. на заседании Собора было оглашено заявление от православных граждан г. Царицына «с выражениями протеста против декретов об отделении Церкви от государства и о запрещении преподавания Закона Божия». А 7(20) июля на Соборе зачитали еще одно «заявление по поводу декрета народных комиссаров об отделении Церкви от государства:… г) от жителей г. Царицына Саратовской епархии (несколько тысяч подписей)».

Иконы и утварь из школ, учреждений и даже частных домов выкидывались и сжигались. Поэтому позже при захвате в 1919 г. города белогвардейцами Александровский храм в мужской гимназии был освящен заново 11(24) июля.

Но безбожная власть вернулась и продолжила свою политику. В «Анкете о действующих и закрытых культовых зданиях в Царицыне» от 4 декабря 1920 г. указывается в одной из граф: «Сколько церквей и молитвенных домов занято под: 1) школы — 2». Как раз одна из них, вероятно, была Параскевинская церковь-школа. Мы уже писали с профессором В.И. Супруном в книге «Православие на волгоградской земле: храмы Царицына – Сталинграда – Волгограда», что «в обезглавленном здании размещают то приют для беспризорников, то рабочий клуб, то гвоздильный цех».  Рабочие лесозавода и взяли шефство над голодными сиротами.

На 1921-1922 гг. пришелся очередной виток обострения государственно-церковных отношений на почве голода в Поволжье, вызванного разрухой после мировой и гражданской войн.  Новые удары по вере в нашем крае оказались тесно связаны с кампанией изъятия культового имущества под предлогом помощи голодающим и расстрелами верующих якобы противящихся благому делу. На улицах и в домах Царицына сотнями умирали люди, множество детей оставались беспризорными. Новая власть открывает десятки детских домов в реквизированных монастырях и других свободных помещениях. Сейчас удалось найти более подробные источники об этом. Так, корреспондент П. Прасолов в августе 1925 г. в очерке «Революционная Бекетовка», вышедшем в «Молоте» – ежемесячном приложении к царицынской газете «Борьба», писал о тех днях: «Закрыли церковь, куда вселили детский дом. Перед «высокоторжественными религиозными праздниками», клуб, рассчитанный на полуторы тысячи человек, не вмещает всех желающих там присутствовать». Как долго просуществовали в храме детский дом и рабочий клуб неизвестно.

Следующая страница в его истории начинается в 1936 г. Как писала газета «Сталинградская правда» от 9 июля 1936 г. в статье «Мастерская игрушек», «20 июля в Сталинграде в здании бывшей церкви (поселок Ермана) крайкоопинсоюз (краевой союз кооперативных артелей инвалидов – С.И.) открывает новую мастерскую детских игрушек. Она имеет 3 цеха. На производстве игрушек будет занято свыше 40 человек, кроме того, из Ленинграда и Загорска приглашено 4 специалиста по художественному оформлению игрушек. С первых дней мастерская будет выпускать из дерева (используя отходы лесозаводов) и папье-маше 12 разных игрушек. Среди них куклы, «ворошиловские кони», животные и т.д.».

Конь-каталка. СССР. 1940-е г. youla.ru

Интересно, что в 1936 г. здесь начинают делать и  новогодние игрушки. Сейчас странно слышать, но новогодняя елка находилась под запретом почти 10 лет. С 1926 г. в советских газетах начали называть Рождество и елку – «прихотями буржуазии». Пропагандисты безбожия писали: «Гуляет по белу свету несуразная Рождественская сказка, состряпанная в угоду паразитам услужливыми лапами мракобесов на горе и унижение угнетенных и обездоленных тружеников, издевательство и надругательство над ними», «… надеть ярмо рабочему на шею, ударить революцию крестом по голове – вот подлый классовый смысл Рождественской легенды».

И вот нелепая антиёлочная кампания закончилась, и «Сталинградская правда» от 21 ноября 1936 г. в статье «Украшения для новогодней елки» сообщила: «По примеру прошлого года в школах и детских садах будут устраиваться новогодние елки. Сейчас игрушечная фабрика артели «15 лет инвалидной кооперации» начала производство елочных украшений. Из ваты, картона и цветной бумаги делаются «деды-морозы», «снегурочки», фигурки лыжников и животных, золоченые орехи, яблоки, груши и т.п. Все фигурки отделываются разноцветной мишурой и бронзой».

Портрет Марии Усковой с обложки журнала «Молодая гвардия»// https://ru.wikipedia.org

После тяжелой травмы руки на лесозаводе в 1936 или 1937 г. сюда устроилась на работу будущая сталинградская разведчица Мария Ускова. Ее муж погиб вскоре после начала войны, а дочка прожила лишь несколько месяцев. Пройдя обучение в разведшколе, Мария вместе с Сашей Филипповым стали выполнять задания в тылу противника. Фашисты схватили их и после пыток казнили у Благовещенской церкви на Дар-горе 23 декабря 1942 г.

Взгляните на фотокопию «Информационной записки заведующего областным коммунальным отделом в Сталинградский обком ВКП(б) товарищу Ф.П. Мякинину от 14.09.1943 г.»: «До оккупации были следующие церковные помещения: … Кировский … 8) Каменная церковь при въезде в Бекетовку — Оборудов. под мастерскую облместпрома».

Фрагмент информационной записки заведующего областным коммунальным отделом в Сталинградский обком ВКП(б) товарищу Ф.П. Мякинину от 14.09.1943 г. // ГАВО. Ф. Р-6088. Оп. 1. Д. 29. Л. 5 об.

Во время Сталинградского сражения в церковном подклете сначала люди спасались от бомб и снарядов. А затем здесь разместились наши корректировщики артиллерийского огня. В воспоминаниях М.Н. Грязнова – командира артиллерийской боевой частью канонерской лодки «М.М. Громов» говорится, что «24 сентября наша канлодка (канонерская лодка – С.И.) снова стала взаимодействовать с 422-й стрелковой дивизией 64-й армии. Наблюдательный пост расположился на чердаке церкви, на северной окраине Бекетовки. Подниматься приходилось по единственной лестнице, находившейся снаружи здания, со стороны неприятеля. Поэтому каждый наш подъем на чердак сопровождался обстрелом шестиствольных минометов. Осколки градом сыпались на крышу церкви. Во время обстрела мы укрывали спины и головы под перекладины из бревен. Так продолжалось до тех пор, пока враг не решил, что с нами все покончено. Но мы продолжали корректировать стрельбу корабля».

После войны в здание пришли военные, устроившие в помещениях склады. По сообщениям печати, 28 января 1975 г. при фотографировании складов, где якобы хранилось секретное оружие, был задержан военный атташе одной из стран НАТО полковник Арескуг Карл Аркадиус Хольгер. Как  пишет М.Т. Поляков в книге «Под чужим именем»: «военный объект, который заинтересовал шведского дипломата Арескуга, беспрепятственно и давно контролируется космическими средствами разведки Соединённых Штатов Америки».

 В 1991 г. церковь вернули законным владельцам — верующим. Их трудами и работой первого настоятеля протоиерея Александра Троицкого она ремонтируется и расписывается, восстанавливается иконостас, звонница. Несший на своих плечах множество тягот и забот, отец Александр не уклонялся и от помощи нуждающимся,  передавал в детские дома одежду и продукты.

Побывавший здесь в 1993 г. Святейший Патриарх Алексий II высоко оценил его заботу о храме.

Крест пастыря тяжел. Летом 1994 г. в священника, жившего в самой церкви, стреляли  при попытке ограбления бандиты. Патрон дал осечку, и тогда его избили прикладом и ногами. Батюшка чудом выжил, но, прослужив еще год, умер в храме при нападении еще одного неадекватного человека. Могила Александра Петровича Троицкого (17.05.1937 — 29.07.1995) находится прямо у церкви в ограде. Вечная ему память!

С тех пор храм еще более похорошел и пополнился прихожанами – здесь ведется активная социальная и благотворительная деятельность, работа с детьми в воскресной учебно-воспитательной группе «Глаголица».

Историк-краевед, кандидат философских наук Сергей Иванов

 

(154)

Комментарии (0)

Нет комментариев!

Комментариев еще нет, но вы можете быть первым.

Оставить комментарий

Ваш e-mail опубликован не будет. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели