Димитрий Климов: Семейные стены разваливаются без духовных опор

В течение ноября в Волгоградской области проходили социальные акции в поддержку семейных ценностей. В ходе одной из них — за укрепление института семьи отметили деятельность протоиерея Димитрия Климова, настоятеля кафедрального собора Святителя Николая Чудотворца в Калаче-на-Дону. В интервью пресс-службе Волгоградской епархии известный сетевой проповедник размышляет об активности современных женщин, запрете абортов, отсутствии традиций семейной жизни и о том, каких испытаний не выдерживают сегодня браки.

dimitrij-klimov-2

— Отец Димитрий, в День отца, который недавно отмечался в нашем регионе, вы получили грамоту от областной думы за укрепление института семьи, имелись в виду ваши проповеди?

— На самом деле не знаю, за что, какие там заслуги, просто администрации поручили задание — найти отца замечательного, которого можно представить к этой грамоте, и они вспомнили об отце Дмитрии…От каждого района по одному человеку выбирали. Но вообще у нас на приходе есть более многодетные семьи, у которых и по четверо, и по шестеро детей. И отцы есть более умные и талантливые, чем я.

— Сколько у вас детишек?

— Трое.

— Как проводите с ними время?

— Последнее время что-то не очень его провожу со своими детьми. Вот, вернулся из командировки в Испанию, дети оставались с бабушками. Видите, грамоту получил и бросил детей на две недели… В силу загруженности, мало времени удается посвящать детям, и это моя проблема, но когда получается — мы весте гуляем, общаемся, пытаемся участвовать в их интересах.

Хотя, все это сложно: можно сказать – вы участвуйте, спрашивайте, что детям интересно, живите их жизнью, сказать это все мы можем. Но иногда, к сожалению, сам я этого не делаю, потому что просто хочется прийти домой, расслабиться, полежать, отдохнуть. Иногда от мультиков, которые дети смотрят, уже мутит, даже не могу себя заставить какой-то показной интерес проявить к этому. Старшая дочка взрослая, у нее свои интересы — артисты голливудские, тоже мне не всегда это нравится…

— С какой миссией были в Испании?

— Там была Вторая встреча православной молодежи Испании, меня пригласил отец Андрей Кордочкин, который служит в храме в Мадриде. Человек 40 ребятишек из православных семей съехалось, русские в основном, украинцы. Я им лекцию прочитал «Дружба, любовь, одиночество – среда обитания молодежи», песни свои спел, потом вместе служили с епископом Корсунским Нестором, который приезжал на встречу. После воскресной службы со взрослыми проводили занятия, как здесь провожу у нас на приходе, — читали Евангелие дня и толковали его, потом читали богослужебные тексты – Октоих – тропари, стихиры и пытались их расшифровывать, понимать.

— Ноябрь в Волгоградской области проходит под знаком укрепления семейных ценностей. Об отцах и детях поговорили, можно перейти к матерям. В современном обществе есть такая тенденция – в браке, в общественной жизни, в бизнесе зачастую больше активны женщины. В чем причина, и надо ли что-то с этим делать?

— Конечно, есть такая тенденция но, с одной стороны, в этом ничего плохого нет. Потому что были такие периоды в истории, в том числе и христианского общества, когда уж слишком женщины были под давлением, гнетом и обратный эффект когда-то должен был возникнуть. И он возник в виде эмансипации. Ну а потом баланс должен произойти.

Естественно, в смысле прав — у женщины должно быть столько же прав, как и у мужчин, никто с этим даже спорить из нормальных людей не будет. А в смысле физических возможностей – у женщины их, конечно, меньше, и не стоит здесь уравнивать ее с мужчинами, делать укладчиком шпал или рельсов – это уже какое-то извращение. А в смысле активности — ничего ужасного в этом нет, лишь бы это было не в ущерб тому, что отличает женщину от мужчины, —  ее нежности, терпению, материнским качествам. Понимаете, если женщина становится похожа на мужчину, — она и мужчиной не становится, и женщиной перестает быть.

— Может быть, иногда женщины сами лишают мужчин инициативы?

— Совершенно верно, когда на ранних этапах брака мужчина пытается какие-то решения принимать, а жена ему говорит: нет, нет, будет так, как я сказала. И она делает это не только какими-то императивными высказываниями, но и эмоциями, может где-то слезу пустить, по-другому переубедить, в итоге муж поймет, что от его слова ничего в семье не зависит, махнет рукой и скажет – да как ты хочешь, так и делай.

А потом жена сама же, глядя на этого мужчину, скажет – да что же ты за тряпка, почему же ты решения не принимаешь, почему я всегда все должна решать, и сама же такого мужчину разлюбит. Да и он, наверно, полюбит какую-то другую, более спокойную и женственную…

— То есть, все хорошо в меру и сами мы виноваты, такой получается вывод?

— В какой-то степени конечно, мы виноваты, но не потому, что мы плохие, а потому что у нас традиции семейной жизни нарушены. Даже если сравнить нас со странами СНГ, будет видна разница — на Кавказе какие-то семейные традиции сохранились больше, взять ту же Украину с праздниками и событиями, которые всей семьи касаются. А по нашей стране такой мощный исторический культиватор прошелся, что мы не только все подрезали и срубили, а все корешки перемололи. И поскольку традиции были нарушены, практически каждая семья строит свою жизнь как «от сотворения мира».

Они, как Адам и Ева, только не в Раю и без Бога. Стараются, у кого на сколько хватит мозгов, терпения, сил и вербальных возможностей. А у большинства не хватает ни того, ни другого, ни третьего, а опереться не на что — подпорок нет. Поэтому стены семейные разваливаются без духовных опор, без традиций, без понимания — кто чем должен заниматься, ведь большая часть времени во многих семьях уходит на то, чтобы договориться кто должен зарабатывать деньги, кто гладить, кто готовить, а кто забить гвоздь.

— Почему многие семьи сегодня не проходят испытаний современностью?

— Да не современностью, она здесь вообще ни при чем, это испытание гордыней и эгоизмом они не проходят. Современность только можно охарактеризовать как отсутствие традиций, как посттрадиционное такое общество. А вот почему они не проходят испытаний гордостью, эгоизмом, тут причин много: потому что в вере неутвержденные, потому что с детства многие из нынешних супругов были детьми, которые были у родителей одни или в лучшем случае в семье росли два ребенка —  у них нет опыта служения друг другу или смирения.

Мне главная причина видится в том, что веры нет, потому что, если вера есть, если есть благодать венчания, если люди помнят о том, что что-то высшее их соединило, и они постоянно у Бога могут попросить силы на то, чтобы все воссоединилось вновь при неизбежных кризисах, ссорах, то все было бы прочнее, так много разводов не было бы. Главная причина, что нет веры и есть много эгоизма, каждый считает себя центром мироздания, а когда рядом появляется еще один такой центр, то бывает сложно это принять.

— К рождению детей опять же многие оказываются не готовы.

— Да, интересный феномен – к половым отношениям готовы очень рано и ранние границы отодвигаются все дальше и дальше, а вот к отцовству и материнству почему-то многие не готовы. Просто нет образцов, нет образования, нормальной психологической подготовки людей, нет духовной подготовки, вот и результат.

— По поводу абортов мнение у вас однозначное, как у большинства священнослужителей? На практике ведь запрет может иметь и негативные последствия, только в теории все просто бывает…

— Все эти нюансы очень сложно обсуждать, когда нет единства в главном, в одной простой идее — что жизнь человека все-таки начинается с момента зачатия, и прерывание этой жизни на любом ее этапе является убийством. Обратите внимание: почти всегда, когда нам кажется, что у нас противоречия по каким-то нюансам, полезно заглянуть в основу — и там окажется разномыслие.

Просто эти люди не считают, что эмбрион — это уже некий субъект, который какие-то права на жизнь должен иметь, и поэтому из этой основной неправильной идеи рождаются все остальные, более мелкие: а вот подпольные аборты, а если девушку изнасиловали, а если какие-то медицинские показания… Но если есть единство в главном, если есть понимание того, что жизнь человеческая уже началась и прерывать ее нельзя, то все эти более мелкие вопросы решаются очень быстро и легко.

А пока мы в этом не договорились, эти вопросы будут оставаться камнем преткновения, будут все запутывать, уводить дискуссию в сторону. Очень важно донести до людей эту самую главную мысль, на Благовещение мы поем: «Сын Божий Сын Девы бывает, и Гавриил благодать благовествует». То есть Сын Божий стал сыном Девы не в момент рождения а в момент зачатия, в момент Благовещения, и так же человек становится человеком не в момент его рождения, а в момент зачатия.

— Вы активно проповедуете и в храме, и в интернете. Активная миссионерская деятельность в сетях началась после памятного выступления на казачьем круге в 2015 году, которое стало резонансным?

— Она началась раньше, просто после этого выступления все вылезло наружу, видимо. Именно эта речь привлекла особое внимание общественности, с тех пор, конечно, все — в свете этой проповеди. Но я не собираюсь идти магистральным путем этого выступления, потому что там я социальные и политические вопросы обсуждал, а священник, в первую очередь, должен быть озабочен духовными, нравственными, богословскими аспектами, хотя некоторые продолжают стягивать в эту тему… А я сейчас так себя веду — меня спрашивают: батюшка, а что вы думаете по тому поводу? — А я и не знаю. Конечно, телевизор где-то там работает, краем глаза его смотришь, но я не вникаю во все эти новости. Я не считаю, что по всем вопросам у меня должно быть мнение.

А что касается проповедей, я все хочу других священников сподвигнуть к такой же деятельности, потому что она не требует особых калорий и  талантов. Когда мы выходим на проповедь, мы заинтересованы в том, чтобы наша аудитория расширялась, чтобы то, что мы говорим в храме, услышали как можно больше людей. И вот я простые советы батюшкам даю, говорю — выходите на проповедь, возьмите телефон, включите диктофон и запишите проповедь.

А потом положите в интернет, создайте группу прихода, постепенно она расширится, присоединятся какие-то ваши друзья. Интернет — это же, как круги на воде, кто-то вашу проповедь перепостил, своим друзьям показал, не каждый человек может прийти в храм послушать проповедь, но кнопку нажать в интернете и послушать может любой. Это должна быть прямая обязанность священника, я считаю. А потом, есть возможность себя послушать со стороны, проанализировать, что тебе удалось, а что нет.

— Не могу обойти вниманием ваше музыкальное творчество, вы   периодически записываете песни, выкладываете в соцсетях, у вас своя группа?

— Нет это ребята в Калаче есть знакомые, которые поют, у них группа, и я с ними несколько раз выступал. У меня просто есть много своих песен, которые я сочинил еще до священства — с 16 до 20 лет. В последнее время я их реконструирую и пою, вот и в Испании попросили попеть, всем тоже понравилось. Это творчество у меня где-то в 21 год прекратилось и перешло в другую сферу – проповеди и т.д.

Сейчас это скорее воспоминание о том, что я натворил еще тогда. Я постоянно об этом говорю, что эти песни не сейчас записаны, а 23 года назад. Потому что у многих людей может диссонанс такой когнитивный возникнуть – вроде взрослый человек священник, а поет о какой-то ерунде, какие-то легкомысленные вирши. Просто мне нравится самому их иногда вспоминать, а некоторым людям нравится слушать.

— На страничке в соцсетях недавно появилось ваше фото с БГ, вы  знакомы лично, как это случилось?

Я с ним был лично знаком еще в 90-х годах, когда он приезжал в Волгоград и мы с ним общались, я приглашал его в гости, но после этого мы не общались. Конечно, он уже забыл меня сто лет как, а потом, когда проповедь на казачьем круге случилась, он ее как-то перепостил себе и с тех пор мы с подружились в интернете. И вот общаемся, я ему свои песенки какие-то присылаю, он, так сказать, с высоты своего великого музыкального авторитета снисходительно кивает головой, какие-то проповеди ему присылаю, он говорит спасибо и т.д.

Я узнал, что он будет в Волгограде, мы списались в интернете, я его пригласил в гости, он сказал — с удовольствием. Мы попили чай, поговорили около часа, пофотографировались, и потом я пошел к нему на концерт. Есть планы пригласить Бориса Борисовича в мае в Калач, может быть, он концертик какой сделает, если получится, приурочим это к нашему престольному празднику.

— Беседовали о творчестве?

— Мы обо всем беседовали, обсуждали вопросы, которые всех сейчас в стране занимают: почему все как-то не очень хорошо. Он говорит: надо нам как-то выкарабкиваться из пессимизма, (это он про себя). У БГ вышел новый альбом «Соль» — такой серьезный, с драматизмом, а теперь он намерен как-то из этого состояния выходить. Я говорю: да вот, — мне тоже, потому что я в какой-то степени в политическом смысле пессимист. Спрашиваю: что нам надо делать? Он говорит: да надо делать то, что мы делаем каждый на своем месте: мне – петь, тебе — проповеди говорить…

— Что касается периода увлечения Бориса Борисовича буддизмом, это не мешает вашему православному мировоззрению?

— Я так понял, что он в своем творчестве, когда хочет пошутить, пишет про буддизм или про какой-нибудь там индуизм, ну а когда он серьезен, как правило, это связано с христианством, с православием. Потому что в лучших своих серьезных песнях он явный христианин, а в таких со стебом — у него буддизм-индуизм: «Ах Волга-Волга матушка, буддийская река», ну понятно же, что все это с приколом.

Подготовила Екатерина Ландина

(249)

0 комментариев

Нет комментариев!

Комментариев еще нет, но вы можете быть первым.

Оставить комментарий

Ваш e-mail опубликован не будет. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели